Образы крестьян в поэме Н. В. Гоголя “Мертвые души"

XIX в. - поистине век расцвета русской классической литературы, век, породивший таких титанов, как Пушкин и Лермонтов, Тургенев и Достоевский.. .Этот список можно продолжать и дальше, но мы остановимся на имени великого русского писателя - Николая Васильевича Гоголя, писателя, по словам В. Г. Белинского, продолжившего развитие русской литературной мысли после смерти А. С. Пушкина. Гоголь, мечтавший создать произведение, в "котором бы явилась вся Русь", осуществил свое намерение написанием поэмы "Мертвые души". Название произведения, с первого взгляда, означает аферу Чичикова - покупку такие человеческой души; они злые, жадные, беспечные, продажные. А крепостные крестьяне, наоборот, живые, даже если речь идет о мертвых (в физическом, биологическом смысле) людях. Они являются лучшими представителями русского человека, они олицетворяют правду, народную правду, т. к. все они выходцы из народа. Чтобы подтвердить нашу мысль, обратимся к тексту "Мертвых душ". Во многих главах поэмы дается описание крестьян (с самого начала, где мужики, стоящие у кабака, обсуждают "доедет в Москву.. .вот такое колесо.. .или нет"), но наиболее ярко образы крепостных представлены в пятой главе, при торге между Чичиковым и Собакевичем. Собакевич, желая заломить наибольшую цену за "душу", рассказывает о мертвых крестьянах: ". Вот. например, каретник Михеев! Ведь больше никаких экипажей и не делал, как только рессорные. И не то, как бывает московская работа, что на один часть -прочность такая, сам и обобьет, и лаком покроет! " И он не один - за ним следует целый ряд ярких, реальных, живых образов: Пробка Степан, плотник, огромной силы мужик, Милушкин, кирпичник, который "мог поставить печь в каком угодно доме", Максим Телятников, сапожник, Еремей Сорокоплехин, приносивший "оброку по пятисот рублей". Этот список продолжается в седьмой главе, когда Чичиков рассматривает записки Плюшкина и Собакевича: "Когда он [Чичиков] взглянул потом на эти листики, на мужиков, которые, точно, были когда-то мужиками, работали, пахали, пьянствовали, извозничали, обманывали бар, а может быть, и просто были хорошими мужиками, то какое-то странное, непонятное ему самому чувство овладело им. Каждая из записочек как будто имела какой-то особенный характер. И чрез то как будто бы самые мужики получали свой собственный характер. "

В поэме «Мертвые души» Гоголь сумел изобразить Русь во всем ее величии, но в то же время со всеми ее пороками. Создавая произведение, писатель стремился постичь характер русского народа, с которым связывал надежды на лучшее будущее России. В поэме много действующих лиц – разнообразные типы российских помещиков, праздно живущих в своих дворянских усадьбах, губернские чиновники, взяточники и воры, сосредоточившие в своих руках государственную власть. Следуя за Чичиковым в его путешествии от одной помещичьей усадьбы к другой, читателю открываются безотрадные картины жизни крепостного крестьянства.

Помещики относятся к крестьянам, как к своим рабам, распоряжаются ими, как вещами. Дворовый мальчик Плюшкина, тринадцатилетний Прошка, вечно голодный, который только и слышит от барина: «глуп как бревно», «дурак», «вор», «рожа», «вот я тебя березовым веником для вкуса-то». «Пожалуй, я тебе дам девчонку, – говорит Коробочка Чичикову, – она у меня знает дорогу, только ты смотри! Не завези её, у меня уже одну завезли купцы». Владельцы крепостных душ видели в крестьянах только рабочий скот, подавляли его живую душу, лишали возможности развития. На протяжении многих веков крепостной зависимости в русском народе формировались такие черты, как пьянство, ничтожество и темнота. Об этом говорят образы бестолковых дяди Митяя и дяди Миняя, которые никак не могут развести лошадей, запутавшихся в постромках, образ дворовой девочки Пелагеи, которая не знает, где право, а где лево, разговор двух мужиков, рассуждающих о том, доедет ли колесо до Москвы или до Казани. Об этом же свидетельствует образ кучера Селифана, который спьяну произносит пространные речи, адресованные лошадям. Но автор не обвиняет крестьян, а мягко иронизирует и добродушно смеется над ними. Гоголь не идеализирует крестьян, а заставляет читателя задуматься о силе народа и его темноте. Такие персонажи вызывают одновременно и смех, и грусть. Это слуги Чичикова, девочка Коробочки, мужики, встречающиеся по дороге, а также купленные Чичиковым «мертвые души», оживающие в его воображении. Смех автора вызывает «благородное побуждение к просвещению» слуги Чичикова Петрушки, которого привлекает не содержание книг, а сам процесс чтения. По словам Гоголя, ему было все равно, что читать: похождения влюбленного героя, букварь, молитвенник или химию. Когда Чичиков размышляет над списком купленных им крестьян, перед нами раскрывается картина жизни и непосильного труда народа, его терпения и мужества. Переписывая приобретенные «мертвые души», Чичиков рисует в своем воображении их земную жизнь: «Батюшки мои, сколько вас здесь напичкано! что вы, сердечные мои, поделывали на своем веку?» Эти умершие или придавленные крепостническим гнетом крестьяне трудолюбивы и талантливы. Слава замечательного каретника Михеева жива в памяти людей и после его смерти. Даже Собакевич с невольным уважением говорит о том, что тот славный мастер «должен только на государя и работать». Кирпичник Милушкин «мог поставить печь в каком угодно доме», Максим Телятников шил прекрасные сапоги. Смекалка и оборотистость подчеркивается в образе Еремея Сорокоплехина, который «в Москве торговал, одного оброку приносил по пятисот рублей». С любовью и восхищением говорит автор о трудолюбивом русском народе, о талантливых мастерах-умельцах, о «расторопном ярославском мужике», собравшем русскую тройку, о «бойком народе», «бойком русском уме», и с болью в сердце рассказывает об их судьбах. Сапожник Максим Телятников, который хотел обзавестись своим домиком да лавчонкой, спивается. Нелепа и бессмысленна смерть Григория Доезжай-не-доедешь, который от тоски заворотил в кабак, а потом прямо в прорубь.