Запретить служить капелланам Московского патриархата. Аваков прав или нарушает право на вероисповедание?

“Формулировка пункта 19 приказа Арсена Авакова, которая обязывает командование воинской части ограничивать деятельность священников тех религиозных организаций с центрами в стране-агрессора, нацеленная на дискриминацию верующих Украинской православной церкви (МП – ред.), которая входит в состав Русской православной церкви. Тотальность этой дискриминации выглядит непропорциональной, учитывая, что часть духовенства и верующих УПЦ декларируют патриотическую позицию”, – рассказывает он Центру информации о правах человека.

Юрий Шеляженко убежден, если власти сомневаются в верности Украине верующих Московского патриархата, “то cпецслужбы должны проводить индивидуальные проверки”.

“Лучше уже профайлинг, чем всех подряд объявлять врагами народа”, – комментирует он.

Кроме этого, ему представляется спорным вопрос, находится ли религиозный центр УПЦ за рубежом. Он ссылается на п. 5 раздела XII устава УПЦ. Согласно ему УПЦ пользуется церковной автономией в решении внутренних вопросов. Вместе с тем он указывает, что религиозный административный центр УПЦ – Киевская Митрополия Украинской Православной Церкви (МП).

Юрий Шеляженко расценивает недопуск священников определенной конфессии к военнослужащим ограничением их права на свободу мысли, совести и религии. Он напоминает, что такая свобода предусмотрена в статье 9 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

“Хотя служба в армии связана с соблюдением особого режима, как, скажем, и отбывание наказания в местах лишения свободы, даже в таких особых обстоятельствах человеческое право на свободу религии должно защищаться. Например, Европейский Суд по правам человека (ЕСПЧ) по делам Poltoratskiy v. Ukraine и Kuznetsov v. Ukraine признавал, что Украина нарушила права на свободу религии из-за недопуска заключенных к священнику. В деле Larissis and Others v. Greece ЕСПЧ признал нарушение права на свободу религии двух офицеров из-за их осуждения за прозелитизм (агрессивное миссионерство). Суд не увидел злоупотребления правом на проповедь религии в общении этих офицеров с гражданскими, хотя и согласился с доводами правительства о том, что агрессивное миссионерство имело место по отношению к их подчиненным”, – напоминает Юрий Шеляженко.

Он подчеркивает, что это важное решение ЕСПЧ, ибо оно не только констатирует право военнослужащих на свободу религии, но и указывает, что недопустимо злоупотреблять этим правом через навязывание подчиненным своей веры военным начальством.

Вместе с тем Юрий Шеляженко считает, что подход к организации капелланской службы в Украине противоречит конституционному принципу отделения церкви от государства.

“Государство не должно организовывать религиозное служение и назначать священников на должности капелланов в силовых структурах. Когда солдату крайне нужен священник или единомышленник-атеист для разговора о наболевшем или для проведения церемонии, к которой солдат привык, как к неотъемлемой части своего образа жизни, обязанность государства и военного начальства помочь в этом, но не использовать духовные потребности военнослужащих для промывания мозгов пропагандой, проверок лояльности и политизации религии”, – убежден он.

“Представители всех институтов гражданского общества, включая церкви, философско-нравственные и культурные клубы, медиа, правозащитные, благотворительные и иные общественные организации на запрос заинтересованных военнослужащих или в порядке гражданского контроля за вооруженными силами, согласно Закону Украины “О демократическом гражданском контроле над Военной организацией и правоохранительными органами государства”, должны получать доступ в воинские части, конечно, со всеми необходимыми для национальной безопасности предосторожностями, чтобы предоставлять свои религиозные, информационные, культурные и другие сервисы заинтересованным военнослужащим и проверять, соблюдают ли человеческие условия жизни силовиков”, – добавляет он.

Напомним, ранее представитель Нацгвардии Ярослав Сподар заявил, что запрет священников Московского патриархата в капиланстве поддержали Министерство культуры и Министерство юстиции Украины.

В Министерстве культуры четко не прокомментировали их позицию о запрете священников Московского патриархата.

“Внесение в текст Положения пункта по предоставлению командованию воинской части возможности не допускать священников тех религиозных организаций, центры которых находятся на территории страны-агрессора, было осуществлено разработчиками этого документа учитывая опасную ситуацию, которая сложилась в районах проведения АТО (август-октябрь 2015 года)”, – говорится в ответе на информационный запрос.

Вместе с тем в Минкультуры указывают, что назначение военных капелланов – “средство реализации права верующих военнослужащих на свободу совести и обеспечения их религиозных потребностей со стороны государства”.

Министерство юстиции проигнорировало запрос Центра информации о правах человека.