Сериал «Троцкий»: История? Не, не слышали

Как кремлевская интеллектуальная рать видит революцию?

Авторы вышедшего по первому каналу к столетию Русской революции сериала «Троцкий» сделали одну существенную ошибку — забыли вставить в начале или в конце картины обычную для художественных фильмов фразу: что-то вроде «Действие фильма происходит в параллельной реальности, все совпадения с реальными историческими событиями и персонажами являются случайными». И лишь сделав мысленно подобную оговорку сериал еще можно как-то смотреть, пересилив в себе желание найти под руками что-нибудь тяжелое и запустить в экран.

По сути, сериал обыгрывает сталинскую версию смерти Троцкого, как ее излагала советская пресса в августе 1940 г.: В Мексике в больнице умер Троцкий от пролома черепа, полученного во время покушения на него одним из лиц его ближайшего окружения . Троцкий запутался в собственных сетях, дойдя до предела человеческого падения. Его убили его же сторонники. Троцкий стал жертвой своих же собственных интриг, предательств, измен, злодеяний — и нам шаг за шагом показывают эту череду интриг, предательств, измен, злодеяний вплоть до финального удара ледорубом, в целях самозащиты нанесенного молодым журналистом полубезумному старику.

Кровожадный Троцкий? Помещаем битву за Свияжск из сериала «Троцкий» в исторический контекст

Увы, но исторической критике сериал не подлежит — ввиду отсутствия в нем истории как таковой. Поэтому, последовательная историческая критика его потребовала бы объема в несколько томов. Желающим узнать «как все было на самом деле» лучше сразу оставить мысль получить из сериала какую-то полезную информацию и почитать, например автобиографию Троцкого «Моя жизнь» или серьезную литературу о революции, хотя бы из нашего краткого списка. И если сериал в данном случае все же остается объектом критики, то, говоря словами Маркса, подобно тому как преступник, находящийся ниже уровня человечности, остаётся объектом палача . Потому что сериал отражает не реальные исторические события, а те представления и страхи, которые хотели бы нам навязать современные идеологи.

Несмотря на то, что действие, как уже говорилось, происходит фактически в параллельной вселенной, это даже не фэнтези, а как говорит один из популярных интернет-критиков, «фэнтезЯ» — то есть подделка под модный жанр, сюжет которой рассыпается при первом же внимательном взгляде, потому что лишен каких-либо собственных внутренних пружин. Его герои появляются и исчезают как боги из машины — или, если угодно, как черти из табакерки — исключительно по воле авторов, поневоле заставляя зрителя задаваться вопросом: а вот что это сейчас было?

Проблема в том, что авторы сериала берутся снимать кино про то, в чем ничего не понимают. Прямо как герой Булгакова: Спорят, спорят, конгресс. немцы какие-то . Так же и в данном случае: Петросовет, партия, Реввоенсовет, даже революция — все это для авторов фильма слова, абсолютно лишенные какого-либо смысла. Например, кино-Ленин упрекает кино-Троцкого, что тот захватил власть в его партии , но при этом ни процесса захвата, ни самой партии мы так и не увидим. Нам показывают какой-то съезд, перед которым кино-Ленин говорит о необходимости сбросить с трона Плеханова , но зритель останется в полном недоумении — кто все эти люди? Кто такой Плеханов, как он попал на трон и зачем его оттуда сбрасывать? Немножко денег, нашакаленных у иностранных посольств , пара харизматичных лидеров, толпа пьяных матросов — так, по мнению авторов, выглядит революция.

Суть Октября Подробнее о русской революции

По сути, авторы сериала пытаются вернуть нас во времена до возникновения исторической науки, когда история рисовалась как цепь деяний «исторических личностей» — князей, королей императоров или, как в данном случае — революционных вождей или даже одного вождя. Классы и народы же выглядят чем-то вроде покорного пластилина в их руках. При этом «психологическая» сторона сюжета густо замешана на псевдофрейдизме с бесконечным числом комбинаций в рассуждении на тему героя и толпы, а также взаимосвязи секса, насилия, смерти и революции. Но и эта сторона подается с хорошо заметным сексистским подтекстом, где «масса» уподобляется женщине, которая не имеет и по определению не может иметь собственных интересов и нуждается в «альфа-самце», который будет принимать все решения за нее.

Если вы хотите высокого соединения политических и человеческих страстей — лучше возьмите пьесу Сартра «Грязными руками». В российских театрах ее не ставят, но хотя бы почитайте. Намного полезнее проведете время и получите больше представлений о диалектике и историческом материализме, чем просматривая поделки российского телевидения.

Ленина в разное время в театре и кино играли Юрий Каюров, Александр Калягин, Кирилл Лавров и Михаил Ульянов. Как и большинство позднесоветской интеллигенции они относились к советскому режиму весьма критически, но как артисты, могли переступить через себя и стать на высоту личности, которую играли, создавая весьма и весьма запоминающиеся образы. Совсем иную картину представляют собой играющие Троцкого и Ленина Хабенский и Стычкин. Подняться до уровня своих героев они не могут, своей антипатии к ним и не скрывают, поэтому, что вполне естественно, пытаются спустить героев до своего обывательского уровня.

Вопреки горячечной фантазии авторов, Лев Троцкий не предавал своего друга Николая Маркина, потому что уехал из-под Казани накануне ее взятия, вызванный в Москву известием о покушении на Ленина. Да и сам Маркин вовсе не был похож на вечно пьяного отморозка, вымогающего у случайных прохожих пять рублей братве на погулять . Это был образованный рабочий, высочайшей для своего времени квалификации — электромонтер. Будучи флотским унтер-офицером, он в 1916 г. вступил в партию большевиков, в период революции 1917 г. служил в отряде, охранявшем Ленина и Троцкого, а после взятия власти большевиками зачастую замещал последнего в Наркомате иностранных дел, в частности, руководил публикацией тайных договоров царского правительства. Во время гражданской войны был комиссаром Волжской флотилии, моряков для которой он отбирал сам. И погиб он действительно геройски. Как говорится на сайте Пензенского краеведческого музея, 1 октября 1918 г. при проведении разведки на реке Каме в районе Пьяного Бора, на канонерской лодке „Ваня-коммунист“, попал в артиллерийскую засаду (с борта корабля не заметили замаскированную батарею — Л.С.) . Судно было потоплено. Смелый и отважный Маркин, не знающий страха и отступления в бою, до последнего прикрывал членов экипажа огнем из пулемета и погиб вместе с судном .

Лариса Рейснер — тоже, кстати, не только гламурная барышня, но и журналистка, комиссар и разведчица, не раз ходившая в тыл к белым и в смелые рейды на миноносцах, посвятила ему немного вычурные, но пронзительные строки:

Давно вернулись в море миноносцы, Как лебеди, они ушли на юг За вами, павшие, за вами, крестоносцы, Прислали рать железнокрылых вьюг. Наверх, наверх, окоченевший Маркин! Срывайте лед с кровоточащих ран. Потоком медленным, густым и жарким. В безудержный вольется океан Бунтующая кровь от ваших ран.

Но такими показать революцию и ее лидеров сегодня и невозможно — тема слишком горячая. Когда в Европе и даже в США трудящиеся начинают все больше и больше влиять на политику и интересоваться социализмом, да и у нас молодежь понемногу тоже начинает интересоваться политикой и выходить на улицы — правящему режиму нужен идеологический ответ на подобные настроения. И он при помощи прикормленной интеллигенции пытается его найти, выливая в столетие Октября очередные ушаты грязи на революцию и ее героев. Как писала когда-то та же Лариса Рейснер, . в литературе воюют не о форме сюжета, не о красоте слога, не о завязке и развязке, а прежде всего о политике. Нигде борьба социальных сил не ведется острее, ярче, беспощаднее, чем в области искусства. . Но в моменты политического подъема такая антипропаганда может иметь и неожиданный для ее создателей эффект, побуждая людей начать искать находящуюся вне телевизионных экранов историческую правду об идеях, личностях и борьбе классов, которые они представляли.

Что такое фашизм? 12 тезисов, которые помогут разобраться в вопросе

Забавно, что в качестве морального антипода Льву Троцкому авторы вводят Ивана Ильина. Понятно почему: руководители Первого канала прекрасно осведомлены, что это любимый философ Путина. Забывают только добавить, что этот «нравственный авторитет» превозносил фашизм, находя в нем дух, роднящий его с духом русского белого движения и даже в 1948 г. — после всех ужасов Второй мировой, не стеснялся писать, что фашизм был прав, поскольку исходил из здорового национально-патриотического чувства, без которого ни один народ не может ни утвердить своего существования, ни создать свою культуру . Между прочим, сходство фашизма с русской белогвардейщиной замечал и реальный Лев Троцкий, который еще в 1930-е годы предупреждал, что Гитлер предлагает себя буржуазии в качестве сверх-Врангеля — то есть в той самой роли истребителя социалистов, коммунистов и евреев в европейском масштабе, которая так импонировала Ильину. Так что не Ивану Ильину было учить гуманизму Льва Троцкого, и если вы уж возлагаете на последнего моральную ответственность за голодомор, коллективизацию и ГУЛАГ, будьте по крайней мере последовательны и сделайте первого столь же ответственным за Бабий Яр, Хатынь, Освенцим и Бухенвальд.

Хотя о чем это я? Перед нами же «фэнтезЯ».

Как то ни было, на все прошлые, настоящие и будущие попытки разыграть карту аморализма революции Лев Троцкий ответил давным-давно своим эссе «Их мораль и наша»:

Буржуазный эволюционизм останавливается бессильно у порога исторического общества, ибо не хочет признать главную пружину эволюции общественных форм: борьбу классов. Мораль есть лишь одна из идеологических функций этой борьбы. Господствующий класс навязывает обществу свои цели и приучает считать безнравственными все те средства, которые противоречат его целям. Такова главная функция официальной морали. Она преследует „возможно большее счастье“ не большинства, а маленького и все уменьшающегося меньшинства. Подобный режим не мог бы держаться и недели на одном насилии. Он нуждается в цементе морали. Выработка этого цемента составляет профессию мелкобуржуазных теоретиков и моралистов. Они играют всеми цветами радуги, но остаются в последнем счете апостолами рабства и подчинения .